- Макс, не останавливайся! Прошу, не останавливайся!

Максим Лаук забил московскому "Спартаку" - и плевать, что с цифрой "2". Он забивает за "Шинник" второй домашний матч подряд и влюбляет в себя свыкшуюся со всем ярославскую публику. Когда Александр Побегалов решает снять Лаука с игры, его провожают неприлично долгой для ФНЛ овацией. Побегалов особых эмоций не выражает - он коротко жмёт полузащитнику руку, топает ногой и возвращается туда, на поле, где его команда разрывает "Спартак-2". Зрители относятся к замене Лаука гораздо теплее - с трибун несутся одобрительные замечания, и, так как зрителей на "Шиннике", к сожалению, немного, все они слышны игроку. Он знает, что его о чём-то просят - редкость для нашего одностороннего футбола, где все привыкли что-то требовать.

Пермский парень Максим Лаук к 21 году сменил уже четыре клуба, но по-настоящему раскрывается именно в Ярославле - сюда Александр Побегалов перевёз его из Кирова. Побегалов оказывает огромное влияние на "Шинник" - в интервью с нами он отказался признавать, что клуб держится на его плечах, и мы не отказываем ему в этом, но его вклад в команду всё равно огромен. "Хочешь научиться футболу и прогрессировать - езжай к Побегалову", - так говорят футболисты, переехавшие к нему из второй лиги.

Яндекс.Директ

Двери Волховец
Официальный сайт Волховец. Широкий ассортимент. Гарантия 3 года. Звоните!
volhovec.ru

Но есть вероятность, что скоро ехать будет просто некуда, и вероятность эта велика - клуб лишается всего. С тренером Ярославля мы долго-долго обсуждали футбол, смысл его существования, долги, факторы выживания, а под занавес беседы он сказал простую вещь. «Шинник» ведь с колёс начинается", - сказал Побегалов и двинул в сторону панаму, лежавшую на столе. - Какая зарплата, какой стадион – у нас ведь даже автобуса нет".

Свою дорогу на матч со «Спартаком-2» «Шинник» начинает как в последний путь. Хорошо, что ещё едет, но с новым водителем, который раньше возил детскую команду. Александр пропускает команду, откладывает кроссворд и садится на лавочку у входа к сотрудникам безопасности. Они, как и другие сотрудники клуба, не получают зарплату пять месяцев, и не ждут её дальше. "Вот смотри: откуда нам должны прийти деньги? У клуба ведь долги, которые нечем погашать. Пару недель назад пришли приставы, арестовали главный автобус «Шинника» и выставили на продажу! Мы с мужиками ещё следили, за сколько наш «Мерседес»... Сань, он 200-й или 300-й? – неожиданно решил уточнить марку у сотрудника безопасности стадиона водитель, но вовремя понял, что это уже не имеет значения. - Да хрен его знает, такой же, как и у «Спартака». "Мерседес" уже не вернуть, это больная тема. Сейчас обклеенный «Шинником» он катает туристов в Геленджик. "300-й, значит… Вот, за сколько 300-й продадут? На сайтах московских за него 8-10 миллионов давали. А продали знаешь за сколько?.. Какие на хрен пять? За два! Вот и считай, куда остальные шесть денутся, на что пойдут?".
***


Единственное, что ещё есть у «Шинника», - это люди. Они рядом. Все. Игроки попадают в раздевалки, проходя через холл с комнаткой службы безопасности, здесь доисторическое видеонаблюдение. Люди, привыкшие работать за идею, в каждом новом незнакомом человеке на стадионе видят спасение. Старшему начальнику безопасности Виктору за 60, он прищуривается на закатывающееся ярославское солнце, говорит бойко и не скрывает своего отношения к ситуации, протягивая после каждой фразы о зарплате характерное "...нна". "Когда деньги будут, нна? Вы спросите, а то пять месяцев уже… Ах, знаете? Слушай, я удивлён, что игроки ещё решаются. Нам с марта обещают, но пока нуль, нна... Каждый день: сегодня-завтра-послезавтра. Ну, собрались мы, подошли к руководству, говорим: «Без зарплаты обеспечить ничего не можем». А нам отвечают: «Ну и не приходите». И всё. А как не приходить?! У меня тут хозяйство, долг какой-то перед клубом. Вот сейчас прошёл мимо нас Черепанин из мэрии, который курирует весь спорт в городе, мы идём к нему по поводу денег, а он говорит: "Вы не наши, вы шинниковские". Зарплата 12 тысяч чистыми, не вижу пять месяцев, нна… У меня вот, правда, пенсия, так ещё живу как-то. А кто не на пенсии? Те палец сосут".